Есть такая профессия – Родину защищать. Для кого-то – известная фраза, для кого-то – реальность. Много лет ребята из группы «Воздушная тревога» жили музыкой. Но пришло время и они всей командой сменили сцену и свет софитов на окопы, а вместо гитар взяли в руки автоматы. С Алексеем КИРИЕНКО, лидером рок-группы «Воздушная тревога», в преддверии Дня защитника 
Отечества мы поговорили о войне и музыке.
— Расскажи о своем боевом пути. Какие события подвигли на то, чтобы с оружием в руках защищать свою землю?
— Все очень просто: Родина позвала, мы встали и пошли. В 2013 году я уже понимал, что будет война, особенно, когда начались события на «Майдане». Когда встречали новый 2014 год, было ясно, что ничем хорошим это не закончится. Переломным моментом для нас, как и для многих, стала Одесса.
Мы почти всем коллективом еще в апреле 2014-го записались в «Народное ополчение Донбасса», помогали на блокпостах сначала. После референдума мы отыграли концерт, отметив таким образом двадцатилетие «Воздушной тревоги», и в июне были уже в строю. Через месяц приняли первый бой в Донецке, на Песках, когда в город прорывались танки.
— В каких «горячих точках» побывал?
— Меня бросало, как щепку. И в ЛНР был – Краснодон, Антрацит, и у нас – Донецк, Кировское, Ждановка, Дебальцево. После – оборона Горловки. Некоторое время служил во Внутренних вой-сках, мы контролировали южное направление, побережье Азовского моря. Позже, когда началась СВО, были Волноваха, Мариуполь, Угледар.
Там и закончился мой боевой путь: в декабре 2023 года прошёл ВВК и был признан негодным к строевой службе. Обнаружили онкологию.
— Ух…
— Да ладно. Живой – и хорошо.
— Какие остались впечатления о первом бое?
— Тогда я был сильный, здоровый, накачанный, но лёгкий (Алексей рассмеялся). У меня был автомат, четыре магазина к нему.
Четыре! Ты не представляешь, как это было круто на тот момент. Был подствольный гранатомет с двумя ВОГами и две ручных гранаты. Я был крут, непобедим. Но, когда на тебя едет танк, ты понимаешь, что ты лёгкий, и тебе его остановить нечем.
В начале было страшно, да. Но тогда никто не думал о себе, все думали о том, как сделать дело, все рвались вперед. Мы пошли в бой. У нас был 82 мм миномет, понятно, что танку им ничего не сделаешь, но пехоту подавили. Подбили БМП, всей толпой пожгли танки. Первый бой мы провели вполне достойно. Не было у нас тогда никаких наград, да никому это было и не нужно: мы не за медалями шли. Просто нужно это было сделать – остановить врага.
В бою – как при любой драке: сначала мандраж. Потом ты не думаешь ни о чем таком, смотришь вокруг и пытаешься сделать так, как нужно. Позже уже начинаешь анализировать произошедшее и понимаешь, что тебя могли убить несколько раз, но тебе всё равно. Ну, у меня было так.
— На тот момент ты занятия музыкой «поставил на паузу»?
— Гитара всегда была со мной. Но творчество именно коллектива – да, была пауза, ведь практически весь состав «Воздушной тревоги» ушел воевать. Нас разбросало по разным подразделениям, виделись очень редко.
С Алексеем (Павленко, соло-гитарист) как-то встретились в Мариуполе, он послушал новые песни. Сказал – «Классно! Давай сразу запишем, а то неизвестно, когда мы сможем это сделать». Он договорился со студией, и в конце 2022 года мы начали запись. Сначала записали несколько песен, но в итоге решили выпустить целый альбом. Вот так вот, в перерывах между службой, в увольнениях или в ночное время приезжали на студию в Донецк и прописывали свои партии. Этот альбом, «Минус один», можно сказать, записан «на коленке»: материал не репетировался вообще. Была записана акустическая гитара, мой вокал, а дальше всё на ходу обрабатывалось. Придумывались какие-то партии инструментов, аранжировки. Большое спасибо Саше Затонскому, у которого мы записывались. Он и записал, и свёл, и партию бас-гитары исполнил. Паша Павлюк, барабанщик из Макеевки, партию ударных прописал, безмерная благодарность ему за это. Такими
общими усилиями и появился альбом «Минус один».
А потом я попал в больницу, долго лечился. Над следующим альбомом я работал, уже проходя курс химиотерапии.
— В ретро-спективе некоторые песни, написанные задолго до боевых действий, особенно нашими музыкантами, которые воевали или воюют, кажутся пророческими, как предчувствие надвигающейся беды. У вас есть такие?
— Да. У нас есть песня «Огонь революции», которую я написал в 2010 году. Мы её до сих пор исполняем, она не утратила актуальность. Потом песня о Родине, которая написана примерно в то же время. Есть песня «Жёлтая пресса», которую мало кто знает. Я как-то спел её одному товарищу, он сказал: «Это будущее. То, что будет происходить на Украине». Мы тогда посмеялись, но оказалось — правда. Хотя песня писалась о другом, об 
иной эпохе, о развале Советского Союза, но такое ощущение, что она написана совсем недавно.
На самом деле нет никакого предчувствия. Просто ничто не ново, история циклична. Зачем придумывать велосипед, если он уже есть? Вся империалистическая сволочь, все эти корпорации, которым были выгодны конфликты и которые хотели втянуть Россию в войну, ничего нового не изобретали. Это было при царе, это было при большевиках, это происходит сейчас. Борьба за власть, за ресурсы, за территории. Меняются только виды вооружения, форма солдат и трактовка «грехов», которые совершила Россия.
— В настоящее время занимаешься творчеством?
— Сейчас в студии Vetkin Records у Виталия Дорофеева работаем над новым альбомом, пока рабочее название «Дорожный». Примерно половина материала уже записана.
Также в планах записать кавер-версии песен нескольких групп нашего региона, которые мало известны широкой публике. Эти музыкальные коллективы уже давно не существуют, но мы взяли разрешение практически у всех музыкантов.
— Целенаправленную концертную деятельность планируете или как получится?
— В основном мы выступаем, исходя из возможностей. У нас долгое время не было полного состава. Если собраться для выступления
под акустические гитары достаточно просто, то для более серьёзных концертов приходится просить помочь сессионных музыкантов. Будем пробовать. Сейчас, Слава Богу, пришли к более-менее стабильному составу. 14 марта планируется выступление в Харцызске с макеевским «Глубоким тылом» и группой «Дуглас» из Донецка.
— Что бы ты посоветовал молодым музыкантам? Ведь бытует мнение, что вся хорошая музыка уже сыграна.
— Неправда. Не нужно копировать кого-то. При этом необязательно искать какую-то особую «эксклюзивность». Важно делать то, что тебе «в кайф». Почему нас так цепляет та, «старая» музыка? Потому, что люди играли то, что им нравится, шли своим путём, не обращая внимания на критиканов. Если ты играешь то, что тебе близко, если вкладываешь в это душу – всегда найдутся слушатели.
— Как ты считаешь, использование нейросетей и ИИ можно считать серьёзным музыкальным творчеством? С помощью этих технологий ведь не обязательно даже самому писать стихи и уметь играть на инструменте.
— Это баловство. Как человек, пересмотревший в детстве «Терминатора», я против всех этих компьютерных «заморочек». Человек ведь такое существо, которое перевернет всё с ног на голову и любое изобретение заставит служить одной цели – уничтожению себе подобных. Поэтому я опасаюсь искусственного интеллекта.
Беседовал Денис КОЛОДЯЖНЫЙ.